Неточные совпадения
С террасы
стеклянная дверь вела в гостиную; а в гостиной вот что представлялось любопытному взору наблюдателя: по углам изразцовые печи, кисленькое фортепьяно направо, заваленное рукописными нотами, диван, обитый полинялым голубым штофом с беловатыми разводами, круглый стол, две горки с фарфоровыми и бисерными игрушками екатерининского времени, на
стене известный портрет белокурой девицы с голубком на груди и закатившимися глазами, на столе ваза с свежими розами…
У одной
стены — «горка»,
стеклянный шкаф, верхняя его полка тесно заставлена чайной посудой, среди ее —
стеклянный графин с церковью, искусно построенной в нем из раскрашенных лучинок.
Он взял со стола пресс-папье,
стеклянный ромб, и, подставляя его под косой луч солнца, следил за радужными пятнами на
стене, на потолке, продолжая...
Войдя в свой дом, Лизавета Прокофьевна остановилась в первой же комнате; дальше она идти не могла и опустилась на кушетку, совсем обессиленная, позабыв даже пригласить князя садиться. Это была довольно большая зала, с круглым столом посредине, с камином, со множеством цветов на этажерках у окон и с другою
стеклянною дверью в сад, в задней
стене. Тотчас же вошли Аделаида и Александра, вопросительно и с недоумением смотря на князя и на мать.
Кроме отворенных пустых сундуков и привешенных к потолку мешков, на полках, которые тянулись по
стенам в два ряда, стояло великое множество всякой всячины, фаянсовой и
стеклянной посуды, чайников, молочников, чайных чашек, лаковых подносов, ларчиков, ящичков, даже бутылок с новыми пробками; в одном углу лежал громадный пуховик, или, лучше сказать, мешок с пухом; в другом — стояла большая новая кадушка, покрытая белым холстом; из любопытства я поднял холст и с удивлением увидел, что кадушка почти полна колотым сахаром.
Но она молчит. Я вдруг слышу тишину, вдруг слышу — Музыкальный Завод и понимаю: уже больше 17, все давно ушли, я один, я опоздал. Кругом —
стеклянная, залитая желтым солнцем пустыня. Я вижу: как в воде —
стеклянной глади подвешены вверх ногами опрокинутые, сверкающие
стены, и опрокинуто, насмешливо, вверх ногами подвешен я.
Проснулся: умеренный, синеватый свет; блестит стекло
стен,
стеклянные кресла, стол.
«Все из-за Операции»… Смешной, ограниченный человек. Ничего не видит дальше своей тарелки. Если бы он знал, что, не будь Операции, — завтра в 12 он сидел бы под замком в
стеклянной клетке, метался бы там и лез на
стену…
Вот уже видны издали мутно-зеленые пятна — там, за
Стеною. Затем легкое, невольное замирание сердца — вниз, вниз, вниз, как с крутой горы, — и мы у Древнего Дома. Все это странное, хрупкое, слепое сооружение одето кругом в
стеклянную скорлупу: иначе оно, конечно, давно бы уже рухнуло. У
стеклянной двери — старуха, вся сморщенная, и особенно рот: одни складки, сборки, губы уже ушли внутрь, рот как-то зарос — и было совсем невероятно, чтобы она заговорила. И все же заговорила.
И сквозь
стеклянную дверь: все в комнате рассыпано, перевернуто, скомкано. Впопыхах опрокинутый стул — ничком, всеми четырьмя ногами вверх — как издохшая скотина. Кровать — как-то нелепо, наискось отодвинутая от
стены. На полу — осыпавшиеся, затоптанные лепестки розовых талонов.
Как всегда, у
стен прислонились безликие недописанные иконы, к потолку прилипли
стеклянные шары. С огнем давно уже не работали, шарами не пользовались, их покрыл серый слой копоти и пыли. Все вокруг так крепко запомнилось, что, и закрыв глаза, я вижу во тьме весь подвал, все эти столы, баночки с красками на подоконниках, пучки кистей с держальцами, иконы, ушат с помоями в углу, под медным умывальником, похожим на каску пожарного, и свесившуюся с полатей голую ногу Гоголева, синюю, как нога утопленника.
Вся зала была освещена через свой
стеклянный купол ярко-пунцовым светом. Водопьянова не было, но зато старинные кресла от
стен пошли на средину вместе с ковром, покрывавшим комнату, и, ударяясь друг о друга, быстро летели с шумом одно за другим вниз.
Запоздалый грузовик прошел по улице Герцена, колыхнув старые
стены института. Плоская
стеклянная чашечка с пинцетами звякнула на столе. Профессор побледнел и занес руки над микроскопом так, словно мать над дитятей, которому угрожает опасность. Теперь не могло быть и речи о том, чтобы Персиков двинул винт, о нет, он боялся уже, чтобы какая-нибудь посторонняя сила не вытолкнула из поля зрения того, что он увидал.
— Всё-таки это приятно — глупости говорить! Вот тоже я люблю сидеть на окнах, а это считается неприлично. Если бы у меня был свой дом — одна
стена была бы вся
стеклянная, чтобы всё видеть. Вы любите город? Я очень люблю: такой он милый и смешной, точно игрушечный. Издали, с поля, дома — как грибы, высыпанные из лукошка на меже…
Горничная убежала. Тася поднялась по нескольким ступенькам на площадку с двумя окнами. Направо
стеклянная дверь вела в переднюю, налево — лестница во второй этаж. По лестницам шел ковер. Пахло куреньем. Все смотрело чисто; не похоже было на номера. На
стене, около окна, висела пачка листков с карандашом. Тася прочла:"Leider, zu Hause nicht getroffen" [«К сожалению, не застал дома» (нем.).] — и две больших буквы. В
стеклянную дверь видна была передняя с лампой, зеркалом и новой вешалкой.
Пол был затоптан. Перила и
стеклянная дверь выкрашены в темно-коричневую краску.
Стены закоптели. Охватывал запах лакейского житья, смазных сапог, тулупа и табаку. Тасе сделалось вдруг брезгливо. Она почуяла в себе барышню, дочь генерала Долгушина, внучку Катерины Петровны Засекиной.
В задней
стене кабинета находилась
стеклянная дверь, которая вела во двор дома.
Глубокие окна, наподобие камер-обскуры, обделанные затейливыми барельефами разных цветов, колонны по
стенам, увитые виноградными кистями, огромные печи из пестрых изразцов, с китайскою живописью и столбиками, с вазами, с фарфоровыми пастушками, похожими на маркизов, и маркизами, похожими на пастушков, с китайскими куклами, узорочные выводы штукатуркою на потолке и посреди его огромные
стеклянные люстры, в которых грань разыгрывается необыкновенным блеском: на все это и нам можно бы полюбоваться.
Я прошелся по террасе, еще крепкой и красивой; сквозь
стеклянную дверь видна была комната с паркетным полом, должно быть, гостиная; старинное фортепиано, да на
стенах гравюры в широких рамах из красного дерева — и больше ничего.
Отца она видела в темноте его чуланчика. Он лежал целый день в угловой каморке без окон, где кровать приткнута к
стене, и между ее краем и
стеклянной дверью меньше полуаршина расстояния. Мать сколько раз упрашивала его перебираться в комнату, где они когда-то спали вместе, но он не соглашался.
Комната в азиатском вкусе в доме Купавиной, с одним выходом на террасу;
стеклянная растворенная дверь с портьерами; по сторонам двери два больших окна, закрытые драпировками; по
стенам и под окнами мягкие диваны. За балюстрадой террасы виден сад и за ним живописная сельская местность.
Два окна второй комнаты выходили на улицу, из них было видно равнину бугроватых крыш и розовое небо. В углу перед иконами дрожал огонёк в синей
стеклянной лампаде, в другом стояла кровать, покрытая красным одеялом. На
стенах висели яркие портреты царя и генералов. В комнате было тесно, но чисто и пахло, как в церкви.
Иван Ильич имел в Симбирске дом
На самой на горе, против собора.
При мне давно никто уж не жил в нем,
И он дряхлел, заброшен без надзора,
Как инвалид, с георгьевским крестом.
Но некогда, с кудрявыми главами,
Вдоль
стен колонны высились рядами.
Прозрачною решеткой окружен,
Как клетка, между них висел балкон,
И над дверьми
стеклянными в порядке
Виднелися гардин прозрачных складки.
Она долго сидела за столом, пытаясь предположить, что сделает Григорий? Пред ней стояла вымытая посуда; на капитальную
стену соседнего дома, против окон комнаты, заходящее солнце бросило красноватое пятно; отражённое белой
стеной, оно проникло в комнату, и край
стеклянной сахарницы, стоявшей пред Матрёной, блестел. Наморщив лоб, она смотрела на этот слабый отблеск, пока не утомились глаза. Тогда она, убрав посуду, легла на кровать.
Подобно глупой птице, которая бьется до полного истощения сил о прозрачную
стеклянную преграду, не понимая, что ее удерживает, эти люди беспомощно бьются о
стены своей
стеклянной тюрьмы.